Налоговая реформа: большинство в выигрыше

Shutterstock

Дональд Трамп  обещал Америке рождественский подарок в  виде налоговой реформы, и выполнил свое обещание. В дни, предшествовавшие Рождеству,  Палата представителей и Сенат одобрили налоговый законопроект,  и в пятницу, 22 декабря, перед тем, как отправиться с семьей во Флориду на празднование Рождества, президент подписал в Белом доме законопроект, придав ему тем самым силу закона, по которому мы будем жить с 1 января 2018 года.

Нет, полагаю, ни одного  американца, следившего за дебатами в Конгрессе, который не заметил, что только республиканцы выступали «за» , а  демократы — все как один —  были против. И когда дело дошло до голосования, то и в  Сенате, и в Палате представителей законопроект поддержали только республиканцы. Никогда ранее в истории нашей страны не было случая, чтобы при голосовании законопроекта о снижении налогов,  все депутаты какой-то одной партии  были  против. Подобное произошло впервые. Обратимся к недавней истории —  с 60-х годов ХХ века.

В 1963 году, по инициативе президента-демократа Джона Кеннеди, был принят закон  о снижении подоходного налога (нижняя ставка — с 20 проц. до 14, высшая — с 91 до 65) и снижении налога на корпорации с 52 проц. до 47.  Закон поддержали и демократы, и республиканцы — реформа способствовала росту экономики в следующее десятилетие.

Когда в 1981 году  в Белый дом вошел республиканец Рональд Рейган, экономика была в плачевном состоянии: уровень безработицы — выше 10 проц., банковский процент — около 20. Однопартийцы президента -конгрессмен Джек Кемп (Нью-Йорк) и сенатор Уильям Рот (Делавэр) —  не сомневались, что снижение налогов  будет способствовать росту экономики. Они стали инициаторами законопроекта о снижения налогов  и нашли    союзников среди демократов. Конгрессмен-демократ из Мичигана  Уильям Бродхед и его коллеги-однопартийцы в комитете по ассигнованиям внесли ряд поправок в предложенный республиканцами законопроект и способствовали одобрению законопроекта в Палате представителей, которая находилась под контролем демократов. Новый закон предусматривал снижение  нижней ставки подоходного налога — с 14 проц. до 11, высшей — с 70 до 50.  Реформа способствовала экономическому росту, который продолжался восемь лет. Сегодня эту реформу связывают почти исключительно с Рейганом, но в ее основе лежал законопроект Кемпа — Рота.

В 1993 году, когда пост президента занимал демократ Билл Клинтон и обе палаты Конгресса находились под контролем его однопартийцев, был принят закон о повышении налогов. Это стало  одной из причин разгрома Демократической партии на промежуточных выборах в 1994 году. В результате выборов республиканцы получили большинство мест в обеих палатах, причем в Палате представителей —  впервые за сорок лет.  В 1997 году по инициативе спикера Палаты представителей Ньюта Гингрича, был принят законопроект о снижении налога на прибыль с 28 проц. до 20.  Многие демократы в Палате представителей и в Сенате голосовали «за», и президент Клинтон одобрил законопроект.

В 2001 году, в первый год президентства республиканца Джорджа Буша-младшего,  36 демократов — 12 сенаторов и 24 конгрессмена —  участвовали в выработке  предложенного республиканцами закона о снижении налогов.

Итак, когда  решался вопрос о снижении налогов, республиканцы всегда получали  поддержку демократов, а в 1963 году именно демократы были инициаторами закона.  На этот раз ничего подобного не произошло.  В Палате представителей и в Сенате не нашлось ни одного демократа, который поддержал бы снижение налогов.  И ни один демократ не удосужился принять участие в подготовке  законопроекта. Это произошло впервые в истории. Но почему подобное случилось? Авторы редакционной статьи в газете «Wall Street Journal»  называют две причины:  идеология и политический расчет. Начнем с идеологии.

Восемь лет правления Барака Обамы не прошли бесследно.  Нынешние руководители Демократической партии в корне отличаются от своих предшественников.  Партийная верхушка заметно полевела. В ней сегодня нет не только таких демократов, каким был Джон Кеннеди, но даже таких, каким был Билл Клинтон.

Напомню, как в октябре 2015 года,  после телевизионных дебатов  бывшим госсекретарем Хиллари Клинтон и сенатором из Вермонта Берни Сандерсом, сенатор-республиканец из Техаса Тэд Круз  сказал: «Это были дебаты большевиков и меньшивиков». Характеристика — не в бровь, а в глаз.  И госпожа Клинтон, и господин Сандерс — социалисты, причем Сандерс не скрывает этого. Разница между ними не больше  разницы, чем между большевиками и меньшивиками в предреволюционной России.  Но такие, как они,  и задают тон в сегодняшнем Конгрессе.  Сенаторы  Сандерс и Элизабет Уоррен  (Массачусетс) едва ли не в каждом выступлении проповедуют классовую борьбу — разделяют Америку на «мы» (малоимущие и средний класс) и «они» (богатеи, корпорации и банки).

В  2013 году, когда  Барак Обама собирался назначить председателем  Федерального резерва Лоуренса Саммерса, республиканцы и не думали возражать. Но вот бывший профессор Гарвардского университета госпожа Уоррен и ее единомышленники во фракции Демократической партии  объявили, что будут голосовать против, и Обама не стал им перечить.  Уоррен видела в Саммерсе  — президенте Гарварда с 2001 по 2006 годы —  идеологического врага. Она считала его консерватором, а левые  американские идеологи относятся к консерваторам, как Ленин к буржуазии. Не лишне напомнить, что «консерватор» Саммерс был министром финансов во второй  администрации Билла Клинтона, а в первые два года Обамы в Белом доме  он возглавлял комитет экономических советников президента.

Уоррен и Сандерс задают тон в нижней палате Конгресса. В ногу с ними шагает глава партийной фракции нью-йоркский сенатор Чак Шумер. Об остльных сенаторах-демократах и говорить нечего. В нижней палате фракцией демократов правит единомышленница Уоррен и Сандерса конгрессвумен из Сан-Франциско Нэнси Пелоси.

Левые идеологи в руководстве Демпартии объявили, что президент Трамп и законодатели-республиканцы затеяли налоговую реформу исключительно в интересах корпораций и одного процента наиболее богатых американцев и что эта реформа противоречит  интересам малоимущих американцев и среднего класса.  Они повторяют  это изо дня в день, и поддерживающие демократов СМИ  тиражируют их речи в газетах и на телевидении.

Обратимся к политичскому расчету — второй причине, по которой все демократы до единого голосовали против снижения налогов. В ноябре 2018 года состоятся промежуточные выборы в Конгресс. Обычно партия президента терпит  поражение на таких выборах.  В последние десятилетия партия президента теряла на выборах в Палату представителей в среднем 30 мест.  В ноябре 2018-го демократам следует отыграть всего 24, чтобы получить большинство мест. Демократы рассчитывают на большее, и не сомневаются, что противостояние налоговой реформе поможет им объединить антитрампистов всей страны. У них  нет как-будто оснований сомневаться, поскольку опрос за опросом  фиксировал отрицательное отношение большинства американцев к налоговой реформе.

«Они будут сожалеть (о реформе)», — сказал о республиканцах Чак Шумер.  «Франкенштейн», — сказала о реформе Нэнси Пелоси, будучи уверенной, что претворение реформы в жизнь приведет в ужас ее создателей, как ужасались создатели Чудовища Франкенштейна. Берни Сандерс назвал реформу «катастрофой», «одним из величайших в истории грабежей». «массированной атакой на средний класс»… «Чем ближе голосование (по реформе), тем сильнее народная оппозиция», — объявила телекомпания CNN,  и она не погрешила против истины.

Один из последних перед голосованием опросов показал, что 58 процентов американцев против.  И опираясь на результаты опросов,  демократы пришли к выводу: чем громче и решительнее они будут выступать против реформы, тем больше у них шансов устроить республиканцам на выборах «кровавую баню», как говорили и писали продемократические СМИ.

Но политические расчеты далеко не всегда оправдываются и основанные на этих расчетах прогнозы не всегда сбываются. Надо ли напоминать о последних президентских выборах!  Не оправдались расчеты, не  сбылись прогнозы.  Был ли хотя бы один опрос, который предсказывал победу Трампа?

«Противостояние  закону — подарок республиканцам», — к такому выводу пришел Брет Стифенс, политический комментатор «New York Times» в статье «Истерия по поводу закона о налогах» (25 декабря).  Этот автор не питает ни малейших симпатий к Трампу, он был одним из глашатаев коалиции «Never Trump».  Вскоре после президентских выборов лауреат Пулитцеровской премии Стифенс, многолетний сотрудник ‘Wall Street Journal», уволился из этой газеты, не желая встречаться ежедневно с коллегами, одобряющими политику президента. Его  личное отношение к Трампу вряд ли изменилось, но он в состоянии — в отличие от абсолютного большинства новых сослуживцев — не смешивать личное отношение к президенту с политикой президента. Стифенс был единственным комментатором во флагмане антитрамповских СМИ,  кто одобрил решение Трампа о переводе посольства США в Иерусалим. И он — единственный в этой газете, кто положительно оценил  налоговую реформу.

Большинство критиков реформы утверждают, что в выигрыше от снижения налогов окажутся исключительно корпорации и богатые американцы, а рядовой американец ничего не получит. И в этом уверены — если судить по опросам — большинство американцев. Но Стифенс пишет то, что замалчивают СМИ: согласно анализу внепартийной организации «Центр налоговой политики»  (Tax Policy Center), в ежегодном выигрыше от реформы (в среднем 1100 долларов) окажется 91 процент налогоплательщиков среднего класса.  Не Бог весть какие деньги!  «Но это реальные деньги, — пишет Стифенс, — и они позволят Дональду Трампу и республиканцам напомнить американцам то, о чем они говорили  до реформы».

Отвечая критикам реформы, которые считают, что не следовало снижать налог на корпорации,  Стифенс цитирует Барака Обаму, сказавшего в 2012 году: «Наши нынешние налоги на корпорации — устаревшие, нечестные и неэффективные. Они способствуют оттоку за границу рабочих мест и корпоративных прибылей и бьют по компаниям, которые решают остаться в Америке, где самые высокие в мире налоги на корпорации… Эту систему необходимо изменить».

Обама предлагал снизить налог на корпорации с 35 процентов до 28. Но Обама лишь говорил о необходимости снизить налог, а Трамп не ограничился словами. Правда, реформа снизила корпоративный налог до 21-го процента, и республиканцы полагают, что такое снижение остановит, как сказал Обама. «отток за границу рабочих мест и корпоративных прибылей».

Сотни тысяч американцев  уже в пятницу, 22 декабря, когда Трамп подписал принятый Конгрессом законопроект,  осознали, что реформа не так  плоха, как писали газеты и твердили телеканалы.  В день подписани закона  компания «AT&T» объявила:  200 тысяч  работников получат премиальные — по 1000 долларов, и будет инвестирован  миллиард долларов в 2018 году на  расширение компании… Банк в Цинциннати решил выдать премиальные по 1000 долларов 13500  работникам…  Компания «Boeing» объявила об увеличении зарплаты своим рабочим на общую сумму 300 миллионов долларов…  Банковская система «Wells Fargo» повысит  минимальную часовую зарплату до 15 долларов и пожертвует 400 млн в благотворительные фонды… Телекомпания «Comcast NBC Universal» объявила  о премиальных в 1000 долларов для более, чем 100 тысяч (!) своих работников… В день подписания Трампом закона основатель и совладелец компании «International Forest Products» Роберт Крафт  объявил о намерении построить в Северной Каролине многопрофильный бумажный комбинат, на котором будут заняты сотни рабочих….

«AT&T»  поставила Трампа в известность о премиальных для своих работников еще до подписания закона, и, подписав его,  президент не отказал себе в удовольствии сообщить о решении компании.  Реакция демократов?  «Пропагандистская махинация», — заявил мэрилендский сенатор Крис Ван Холлен.  Полагаю, что 200 тысяч работников компании реагировали иначе. Я не исключаю, что кое-кто из этих работников — возможно,  даже большинство — относились к реформе отрицательно, поскольку  демократы в Конгрессе, в СМИ, в общественных организациях  изо дня в день твердили им, что республиканцы затеяли  реформу для обогащения корпораций, миллионеров и миллиардеров… И из стана демократов уже слышатся голоса о «сговоре» Трампа с руководителями компаний, которые премировали своих работников…

Налоговая реформа войдет в строй в первый день 2018 года. Ее главная цель — раскрутить маховик американской экономики. В первый год президентства Трампа экономика уже пошла в гору. Во втором и третьем кварталах валовой внутренний продукт (ВВП  — сумма произведенных товаров и услуг)  вырос на более, чем 3 процента, а таких смежных кварталов не было в течение восьмилетнего президентства Обамы.  Рост ВВП произошел во многом благодаря президентским указам Трампа, отменявшим один за другим обамовские указы, которые препятствовали росту экономики.  Авторы налоговой реформы уверены, что ее осуществление позволит довести годовой рост ВВП, как минимум, до 4 процентов.  Некоторые экономисты — и в их числе Арт Лаффер, один из инициаторов рейгановской реформы, —  не исключают роста  ВВП на 8 процентов.  Но и ежегодный рост в 4 проц. позволит создать  миллионы новых рабочих мест. Ежегодный выигрыш  большинства американских семей окажется, возможно, совсем небольшим: несколько тысяч долларов.  В гораздо большем выигрыше будут бизнесы — не только гигантские корпорации и крупные компании, но и небольшие бизнесы, а небольшие — это становой хребет американской экономики.

Зарубежные конкуренты уже бьют тревогу — в связи со снижением налога на корпорации с 35-ти процентов до 21. Министр финансов Австралии Скотт Моррисон считает, что «снижение налога» привлечет в США инвесторов из его страны. «Нам необходимо последовать примеру (американцев)», — сказал Моррисон.

«Налоговая реформа США обеспокоила Европу», —  так Джозеф  Стернберг назвал свою статью в «Wall Street Journal» (22 декабря). «Руководители немецких компаний, — пишет он в колонке «политическая экономика», —  спрашивают себя: зачем открывать новый завод в Германии, где, кроме налога 31 процент, масса регулирований и стареющее население, когда Америка манит 21-м процентом, лучшей демографией и крупнейшим в мире рынком?»

Не все в нашей стране окажутся в выигрыше от новой реформы. Будут и проигравшие. Это прежде всего жители штатов с высокими штатными и муниципальными налогами и налогом на собственность. По закону, действие которого истекло 31 декабря, владельцы домов и квартир имели право, составляя ежегодно налоговый отчет, списывать все «местные»  процентные отчисления. Новый закон ограничил списание 10-ю тысячами долларов,  Главными пострадавшими окажутся —  информирует «Wall Street Journal —  более двух миллионов жителей штата Нью-Йорк, более миллиона калифорнийцев, не менее 500 тысяч ньюджерсийцев. Поэтому-то  некоторые конгрессмены-республиканцы из этих штатов голосовали в Палате представителей против закона.

Владельцы компаний, которые возвращали ежемесячно своим работникам  по 250 долларов за  их проезд на работу и, парковку автомобилей, отныне лишаются права списывать такие расходы в своем ежегодном налоговом отчете.  Следует предположить, что многие владельцы компаний откажутся оплачивать своим работникам проезд и парковку.

Новая реформа не только оставила в силе многие лазейки (loophole)  для списания расходов в ежегодном отчете, но создала новые.

Реформа не без минусов, и их не мало. Но плюсов во сто крат больше. В этом убедятся большинство американцев. В их числе многие из тех, кто испытывает личную неприязнь к Дональду Трампу.

Be the first to comment on "Налоговая реформа: большинство в выигрыше"

Leave a comment

Your email address will not be published.




5 × один =